Атака 14 октября на стратегические перевалы закончилась большими потерями и не достигла целей. Спор египетских военачальников о том, была ли она предусмотрена планом или стала политическим решением, отражает разные представления о масштабе войны.

После форсирования Суэцкого канала 6 октября 1973 года египетские войска создали плацдармы под прикрытием ПВО и заняли узкую полосу Синая. 14 октября командование попыталось продвинуться к стратегическим перевалам Гиди и Митла. Наступление шло по четырём направлениям, но оказалось несогласованным: части вышли из-под прикрытия ПВО, столкнулись с подготовленной израильской обороной и не получили запрошенной поддержки.

В районе Тасы основной удар наносила 21-я бронетанковая дивизия. Её командование располагало ограниченным временем для подготовки, а в первые минуты боёв погибли командиры передовых подразделений и нарушилась связь. На юге 3-я бронетанковая бригада прошла почти 25 километров к востоку от канала, но оказалась изолирована, подверглась авиаударам и потеряла командира Нур ад-Дина Абдель Азиза. На севере 15-я бригада была остановлена у израильских позиций. Наступление 11-й механизированной бригады также сорвалось после задержки приказа и последующей отмены атаки.

Оценки танковых потерь различаются в зависимости от того, какие части и период подсчитываются. В материале Al Jazeera приводится оценка американского исследования примерно в 200 потерянных египетских танков при попытке прорыва и 188 машин для 21-й дивизии из 200–210 танков её передовых бригад. Другая опубликованная армией США история войны указывает, что к концу 14 октября 21-я дивизия располагала 136 танками против довоенных 280. Эти цифры используют разные базы сравнения и не должны трактоваться как один и тот же подсчёт.

После неудачи Израиль активизировал действия у разрыва между Второй и Третьей египетскими армиями в районе Деверсуара, переправился на западный берег канала и угрожал окружить Третью полевую армию. Значение атаки 14 октября и её место в египетском плане остаются предметом спора. Начальник Генштаба Саад эд-Дин аш-Шазли считал продвижение за пределы ракетного прикрытия чрезмерно рискованным и утверждал, что оно не было обязательным этапом первоначального замысла. Маршал Мухаммад Абд аль-Гани аль-Гамаси, напротив, говорил, что развитие наступления к перевалам входило в более широкий план.

Разногласие связано и с тем, что военные называли «планом». Базовая операция, по версии аш-Шазли, предусматривала форсирование канала, продвижение на 10–15 километров и оборону под защитой египетских ракет. Более широкий письменный план мог включать второй этап к перевалам после оперативной паузы, но это не означает, что командование было обязано запускать его автоматически. В пересказе аш-Шазли, такой вариант зависел от хода боёв; командующие Второй и Третьей армиями возражали против атаки, опасаясь израильского превосходства в воздухе и бронетехнике.

Другие участники и исследователи оспаривали отдельные детали воспоминаний аш-Шазли и Фаузи о планах «200» и «Гранит». В частности, генерал Мухаммад Фаузи описывал многоэтапный замысел освобождения Синая, тогда как военный историк Гамаль Хаммад утверждал, что документы, на которые ссылался Фаузи, не подтверждали некоторых его выводов. Поэтому историки различают первоначальную оборонительную концепцию, варианты дальнейшего наступления и конкретное решение, принятое в октябре 1973 года.

Автор материала Al Jazeera связывает военный спор с более широким вопросом о целях войны и последующем мирном урегулировании. Это авторская интерпретация политического значения кампании: военные результаты, дипломатические решения и палестинский вопрос в ней рассматриваются как связанные, но спорные темы. Сам исход боёв 14 октября не даёт однозначного ответа на вопрос, каким был первоначальный замысел египетского руководства.